COVID-19 в РК: Неправильная диагностика – неправильное лечение?!

1528

Это катастрофа. Казахстан оказался в мировых лидерах по приросту зараженных COVID-19 за последние две недели! Больных коронавирусом так много, что людям отказывают в госпитализации, несмотря на высокую температуру и поражение легких: больницы переполнены до отказа. Возле морга в Алматы – большая очередь.

COVID-19 показал беспомощность здравоохранения РК. Это не только огромное количество зараженных вирусом среди населения, но и среди медработников, дефицит и отсутствие лекарств, масок, специальной защитной одежды, средств защиты, тестов, аппаратов ИВЛ, катастрофическая нехватка мест в больницах, медперсонала и др.

                        Пневмония – это последствие коронавируса  

      

До сих пор не исследованы пути заражения COVID-19, до конца не сведены воедино многие симптомы заболевания от этого вируса, механизм заражения в человеческом организме, последствия этой болезни и т.д.

Например, известная алматинская врач высшей категории М. заявила, что коронавирус попадает не в легкие, а в кишечник, из него попадает в кровь и вызывает ее загустение – это приводит к образованию тромб, что вызывает пневмонию. То есть данная пневмония – это проявление и последствие коронавируса. Такой путь COVID-19 в организме человека меняет общую картину заболевания и его лечения. У нас же нередко лечат как «обычную» пневмонию (воспаление легких).

Поэтому неожиданные проблемы в работе желудочно-кишечного тракта (ЖКТ) должны насторожить, чтобы проверить …легкие. Так случилось с моим родственником: у него была потеря аппетита, боли в области живота, общая слабость без повышения температуры и кашля в течение 10 дней. Его лечили от заболевания ЖКТ, пока по его настоянию не сделали рентген грудной клетки, по которому диагностировали пневмонию.

Исследования китайских и европейских врачей подтверждают прямую связь COVID-19 с кишечником.

Доказано, что вирус содержится в фекалиях носителя, поэтому любой контакт с ними может способствовать проникновению инфекции в организм человека. Кроме того, вирус может быть обнаружен в стуле человека еще долго после того, как респираторные симптомы были устранены.

Это говорит о том, что вирус также может распространяться посредством так называемой «фекально-оральной передачи», кишечник может выступать прямым каналом передачи частиц вируса. Через кишечник коронавирус может попадать в сточные виды и таким образом распространяться, не говоря об общественных туалетах.

В китайском Гуанчжоу исследовали 745 детей из семей, где фиксировались случаи заражения COVID-19.  Выяснилось, что всего 10 (1,3%) были инфицированы. При этом ни у одного из них не было серьезных симптомов. Также выяснили, что носителями дети могут довольно долго. Как оказалось, после выздоровления мазки из горла и носа показывали отсутствие COVID-19, а вот анализ кала выдавал, что вирус все еще в организме.

Это значит, что анализ ректальных мазков и образцов кала может дополнить традиционные подходы к тестированию, и контрольной проверкой на вирус могут быть не мазки из горла и носа, а анализ стула.

Именно в тонкой кишке происходит всасывание большинства лекарственных веществ, ядов, токсинов и ксенобиотиков при их пероральном введении, здесь же происходит и всасывание продуктов переваривания в кровеносные и лимфатические капилляры. Почти у половины пациентов с COVID-19 наблюдаются проблемы с пищеварением, в том числе диарея и анорексия.

«В частности, наши наблюдения показали, что у многих пациентов с COVID-19 болезнь начинается с диареи, анорексии и тошноты, не обязательно с респираторных симптомов», – отмечают китайские исследователи. У 48,5% пациентов на момент поступления в больницу наблюдался как минимум один симптом, связанный с пищеварением. Почти у всех проблемы с пищеварительной системой появились одновременно с респираторными симптомами, но нескольких человек беспокоила лишь диарея, а лихорадки или кашля у них не было (Не слезают с унитазов: выявлены новые симптомы коронавируса. https://www.gazeta.ru/science/2020/03/19_a_13011895.shtml).

Ученые подчеркивают, что у пациентов не было проблем с почками и печенью, патологий органов пищеварения у них также не наблюдалось – таким образом, можно сделать вывод, что желудочно-кишечные симптомы были вызваны именно вирусом.

Вирус, возможно, влияет на состав микрофлоры кишечника. К тому же микробиом легких и желудочно-кишечного тракта тесно связан (это называется кишечно-легочной осью). Известно, что большинство зараженных практически не испытывают основные симптомы COVID-19.

Группа британских ученых в больничных условиях исследовала, как коронавирус изменяет кровь пациентов, делая ее более густой. А густеющая кровь ведет к образованию тромбов. Такие изменения в крови происходят в результате сильного воспаления легких, которое является реакцией организма на вирус. «У тяжелобольных пациентов мы наблюдаем выброс в кровь химических веществ, которые активируют образование тромбов», – поясняет профессор Ария. Уже ведутся клинические испытания оптимальной дозы медикаментов, разжижающих кровь, которую можно будет применять повсеместно (Британские медики: у трети пациентов с коронавирусом наблюдается опасный тромбоз. https://www.bbc.com/russian/news-52693410).

В исследовании британских ученых есть неточность: «Такие изменения в крови происходят в результате сильного воспаления легких». Скорее, вирус из кишечника попадает в кровь и вызывает ее загустение – это приводит к образованию тромб. Такая «ковидная» кровь вызывает закупорки кровеносных сосудов в альвеолах до рубцевания легочной ткани. При «обычной» пневмонии альвеолы заполняются гноем и жидкостью.

То есть, коронавирус – это заболевание крови. Поэтому течение заболевания Covid-19 связано со свертываемостью крови, повышенный сахар в крови удваивает вероятность смерти от коронавируса. Даже группа крови связана с ходом этой болезни. 

По этой причине большая связь КВИ с заболеваниями сердечнососудистой системы, случаями обширного инсульта, инфаркта – причем у относительно молодых людей (до 50 лет), без других ярко выраженных симптомов Covid-19. Скорей всего, коронавирус спровоцировал у них образование тромбов в крупных сосудах, что в итоге и привело к острому нарушению мозгового кровообращения.

Правда, исследователи предполагают, что вирусные частицы в головной мозг попадают из дыхательных путей через обонятельные рецепторы в носу. Нет, они попадают туда с «ковидной» кровью.

Вместо заключения. В Казахстане данные по заболеваемости и смертности от Covid-19 и пневмонии рассматриваются отдельно – это неверная практика, потому что нынешняя пневмония – это последствие коронавируса, это ковидная пневмония, общая картина одного вируса. Не говоря о других последствиях, связанных с «ковидной» кровью.

 

Казахстан не смог сдать контрольный экзамен

COVID-19 как бы принимает контрольный экзамен у многих стран на выживаемость, готовность к чрезвычайной ситуации или «биологической войне» и проверяет, каков уровень медицины, науки, экономики, госуправления, коррупции, подготовки населения к эпидемии, проведения карантина и т.д. И этот экзамен Казахстан не смог сдать, оказавшись в лидерах по заражаемости.

Это итог работы Министерства здравоохранения, многих государственных ведомств, в целом государства за годы независимости.

Мы пожинаем плоды небывалой экономии на социальной сфере: здравоохранении и образовании, низведении Академии наук до уровня общественной организации. Это плоды так называемой «оптимизации», экономии в финансировании здравоохранения, образования, науки. И вот на фоне эпидемии коронавируса в Министерстве здравоохранения признали нехватку 4 тысяч врачей и 800 эпидемиологов в Казахстане.

В итоге – сокращение количества НИИ, больниц, амбулаторий, фельдшерско-акушерских пунктов, расписание норм приема узкими специалистами в поликлиниках такое, что к невропатологу или отоларингологу по предварительной записи можно попасть через 2-4 недели на 10 минут. Не говоря о заметном снижении компетенции врачей, особенно молодых – результат коррумпированного Единого национального тестирования с его известным списыванием.

В советское время в селах были медпункты с врачами, были даже роддома. «Оптимизация» в системе здравоохранения привела к уменьшению количества больниц и поликлиник, особенно в сельской местности, и многие села остались без фельдшерского пункта. Если сейчас в столице и в крупных городах не в состоянии обеспечить лечение и госпитализацию больных, что тогда происходит в аулах и районных центрах?!

В советское время существовала санитарно-эпидемиологическая служба, позднее наши руководители посчитали, что эта служба не нужна. И ее закрыли: осталось лишь название, сократили штаты, зарплату, многие специалисты ушли.

Мало того, что ушли квалифицированные эпидемиологи, так вместо них пришли юристы, педагоги (?). Сами врачи говорят, что в санэпидслужбе нет требований о высшем медицинском образовании, маленькая зарплата и коррупция.

В свое время в Казахстане были медико-профилактические факультеты, на которых готовили специалистов санитарной гигиены, их закрыли, как и факультеты эпидемиологии, оставили лишь специальность «эпидемиология».

Медицинские вузы за годы независимости потеряли былую качественную подготовку врачей. Например, в 2015 году был осужден ректор Казахского национального медицинского университета имени С.Д. Асфендиярова А. Аканов, а студенты жаловались на низкое качество учебы, плохие условия в общежитии, коррупцию.

COVID-19 показал бессилие государства в целом перед вирусом. Зачем тогда вводили ЧП и карантин, если службы не подготовились за это время?! В любой стране должны быть свои службы, отвечающие за безопасность населения и государства. Тем более в условиях пандемии (или «биологической войны»). Где наши ученые, военные биологи, врачи, войска радиационной, химической и биологической защиты ВС РК и т.д.?! А если настоящая биологическая война? А если настоящая война?

              Вспышка «неизвестной» пневмонии – новая форма коронавируса

Для наглядности можно сравнить состояние здравоохранения, науки в двух бывших советских республиках, которое повлияло на ход распространение вируса. В Республике Беларусь функционируют 626 больничных организаций с коечным фондом более 98,2 тыс. коек; обеспеченность койками составляет 103,6 на 10 тыс. населения; 1459 амбулаторно-поликлинических организаций; 17 республиканских научно-практических центров, 144 центра гигиены и эпидемиологии, 3135 аптек, 136 станций скорой медицинской помощи. Академия наук в этой республике – государственная организация, которая получает половину финансирования на науку.

В РК – снижение обеспеченности койками до 50,0 на 10 тыс. населения. В 2016 году больничных организаций было в стране 877, в них количество больничных коек составляло 100,1 тысячи. В 2009 году служба скорой помощи включала 40 станций скорой помощи.

Население Беларуси почти в 2 раза меньше, чем в Казахстане, в то же время обеспеченность койками там в 2 раза больше, чем у нас. В Беларуси сохранили санитарно-эпидемиологическую службу, медицинские учреждения, НИИ, выпускают в достаточном количестве свои качественные лекарства, свои ИВЛ, население получает компетентное и своевременное лечение, коррупция на низком уровне, и ситуация с коронавирусом не сопоставима с казахстанской, как и экономика.

Казахстан «засветился» не только рекордом по заражаемости, но и вспышкой «неизвестной» пневмонии, о которой заговорили у нас, в Китае. А теперь и Всемирная организация здравоохранения, которая считает, что вспышка «неизвестной» пневмонии в Казахстане является новой формой коронавируса. По мнению исполнительного директора программы ВОЗ по чрезвычайным ситуациям в области здравоохранения Майкла Райана, имеющиеся случаи «были просто не правильно диагностированы». Получается, из-за неправильной диагностики было неправильное лечение и такое большое количество умерших?!

Новый министр здравоохранения РК Алексей Цой на днях заявил, что из 57 тыс. случаев пневмонии за последнюю неделю есть «вирусные пневмонии неуточненные, которые имеют схожее течение с коронавирусом, их количество равно 39 702 случаев».

В июне этого года рост смертности от пневмонии вырос и составил 628 человек, показатели заболеваемости пневмонией за первую половину этого года в сравнении с полугодием 2019-го выросли на 55%. А от коронавируса, по сведениям властей, зарегистрировано 375 случаев с летальным исходом.

Это официальная информация, а на деле количество умерших значительно больше: достаточно зайти в социальные сети, чтобы оценить масштаб катастрофы – сводки как фронтовые – одни некрологи.

 

Дастан ЕЛЬДЕСОВ,

Национальный портал "Адырна"

 

 

Пікірлер
Редакция таңдауы