Jan Campbell (Ян Кэмпбелл) – чешско-немецкий аналитик и публицист, специализирующийся на вопросах международной политики, геополитики и глобального управления. Его материалы публикуются на чешских и словацких экспертно-медийных площадках, включая Britské listy, Parlamentní listy, První zprávy, Nová republika, České novinky и словацкий портал Nové Slovo. В своих публикациях он рассматривает отношения России, Китая, ЕС и США, тематику BRICS, украинский кризис, трансформацию мирового порядка, а также экономические и цивилизационные процессы.
Ответы чешского эксперта Яна Кэмпбелла:
1. Какое влияние данные реформы могут оказать на международное и региональное партнерство Казахстана?
При условии их последовательной и грамотной реализации, с учетом социальных и экономических вызовов, стоящих перед Казахстаном, а также ключевых глобальных тенденций, связанных с ролью США, России и Китая, реформы способны придать дополнительный импульс международному и региональному сотрудничеству страны.
2. Можно ли рассматривать новую Конституцию как инструмент реальных изменений?
Потенциально – да, особенно в условиях кризиса или гражданской нестабильности.
3. Как Вы оцениваете долгосрочную траекторию политической системы Казахстана после реформы?
Долгосрочное развитие политической системы Казахстана, как и любой другой страны, будет определяться итогами каждого этапа того масштабного мирового противостояния, которое, по моей оценке, продолжается уже не одно десятилетие.
4. Почему, на Ваш взгляд, конституционный референдум в Казахстане важен не только для государства, но и для каждого гражданина?
Практика проведения референдума важна уже тем, что позволяет государству и гражданам совершенствовать организационные навыки и формы участия в политическом процессе.
5. Может ли участие граждан в референдуме повлиять на международное и региональное восприятие Казахстана?
На уровне большой международной политики, где доминируют транзакционная дипломатия и фактор военной силы, влияние референдума, вероятно, будет ограниченным. Однако на более низком уровне, включая общественное и индивидуальное восприятие, его эффект может оказаться более заметным.
6. Проект новой Конституции затрагивает более 80 процентов действующего текста и фактически предлагает новую модель государственного управления. Как Вы оцениваете масштаб этих изменений и какую стратегическую цель, по Вашему мнению, преследует инициированная Президентом Токаевым реформа?
Масштаб предлагаемых изменений действительно впечатляет. Стратегическая цель реформы, на мой взгляд, выглядит в определенной степени идеалистичной, однако в целом остается в рамках логики столь значимого правового акта, как Конституция.
Референдум имеет крайне важное значение, особенно в нынешних условиях нестабильной геополитической обстановки, когда вызовы и угрозы национальной безопасности становятся все более ощутимыми. На это, как известно, указывал и Президент Касым-Жомарт Токаев, выступая на форуме в Астане.
7. В обновленной Конституции права и свободы человека впервые выдвигаются в приоритет уже на уровне Преамбулы. Насколько значим этот шаг для укрепления доверия между государством и обществом и что он меняет в философии управления?
В общем понимании акцент на правах человека является позитивным шагом. Вместе с тем Казахстан – это государство Центральной Азии со своей исторической спецификой, общественными привычками и ценностными основаниями. Поэтому было бы рискованно механически следовать западной модели прав человека, которая, как я считаю, во многом опирается на британскую имперскую традицию, допускает неоднозначность в трактовках ценностей и правовых оценок Европейского суда по правам человека и при этом нередко игнорирует существование восточных подходов к правам человека, основанных на исторических и вневременных ценностях.
Кроме того, нынешний этап глобального противостояния уже не позволяет просто вернуться к прежним моделям и к той демократии, которая практиковалась в Казахстане на протяжении десятилетий, особенно при отсутствии четко сформулированного национального интереса в условиях ограниченного суверенитета.
Если говорить о доверии между государством и обществом, то его укрепление предполагает не только постоянную борьбу с коррупцией и отказ от пустых деклараций и заимствования чужих шаблонов, но прежде всего ясное понимание содержания человеческого достоинства, социальной справедливости и их практического воплощения. Не менее важным является формирование нового поколения высококвалифицированных специалистов, способных добросовестно управлять ресурсами государства и общества.
9. В Конституции впервые закрепляются принципы справедливости, закона и порядка, а также ответственного отношения к природе. Отражает ли это общественный запрос на более четкие и ценностно ориентированные правила государственного развития?
Без морали и этики ни справедливость, ни закон, ни порядок не могут функционировать в полной мере. Соответственно, без этих оснований невозможно и справедливое государственное управление.
10. Какие международные примеры конституционных реформ Вы считаете наиболее релевантными для стран с переходными политическими системами, сходными с казахстанской?
Если исходить из наблюдаемых результатов, то я бы не выделил ни одного полностью релевантного примера. Все государства с сопоставимыми переходными системами в той или иной степени находятся в состоянии неопределенности, когда движение вперед затруднено, а конечный результат остается неясным. При этом существенное влияние оказывает текущее глобальное противостояние, а также недостаточное понимание того, как в действительности устроены механизмы власти, и кто именно их формирует и контролирует.
11. Какие механизмы сдержек и противовесов показали наибольшую эффективность в странах, проходящих институциональную модернизацию?
Наиболее действенными, как показывают исследования в области институциональной модернизации и демократизации, являются механизмы, сочетающие сильную и независимую правовую систему, горизонтальную подотчетность институтов друг другу и прозрачный надзор.
На практике речь идет о дееспособном парламентском контроле, независимых антикоррупционных органах, самостоятельных регулирующих институтах и эффективном административном надзоре. В совокупности такие механизмы способны ограничивать искажающие стимулы политико-экономической системы и снижать риски захвата государства узкими элитными группами.
12. Насколько важны участие общества и процедурная прозрачность при подготовке и принятии обновленной Конституции?
Лично я считаю более правильным, когда проект разрабатывается профессионалами, а затем разъясняется и обсуждается с обществом, а не наоборот.
13. Как конституционные изменения влияют на инвестиционный климат и уровень международного доверия к государству?
На мой взгляд, их влияние в этой сфере достаточно ограниченно. Иностранные инвестиции, как правило, дополнительно защищены инвестиционными соглашениями и иными юридическими механизмами, которые минимизируют риски инвесторов.
14. Влияют ли конституционные реформы на внешнеполитический курс государства или такие процессы носят преимущественно внутренний характер?
В теории – безусловно влияют. Конституционные реформы способны воздействовать как на внутреннюю, так и на внешнюю политику государства, и на практике это также должно проявляться. Однако в условиях постглобализирующегося мира и продолжающегося масштабного мирового противостояния никто не может с полной уверенностью сказать, каким именно образом в дальнейшем будет формироваться и реализовываться внешнеполитический курс государства и как это отразится на внутренней политике.
