Языковой тупик: за 30 лет не создали национальную терминологию

3122

В ноябре 2020 года президент Касым-Жомарт Токаев заявил: «Поспешность в этом деле может нанести ущерб всей нашей культуре и исторической идентичности. Проблема заключается не в переходе с кириллицы на латиницу, а в том, что осуществляется масштабная реформа казахского языка. Надо учитывать и финансовую сторону вопроса».

Три пути языковой реформы

Казалось бы, президент всё ясно озвучил: «Проблема заключается не в переходе с кириллицы на латиницу, а в том, что осуществляется масштабная реформа казахского языка». И для ее начала необходима концепция масштабной реформы языка, которую должны предложить наши лингвисты и профильные министерства. Однако наши лингвисты «поймали тишину».

В истории реформирования языков условно можно выделить три пути.

Лингвистический или научный подход предполагает наличие сильного ученного (ученых), способного возглавить всестороннюю языковую реформу. Как, например, Михаил Ломоносов, который написал первую научную русскую грамматику, ввел термины и научные выражения, например, земная ось, законы движения, удельный вес, негашеная известь, ввел в науку ряд русских слов, имевших бытовое значение, таких как: опыт, движение, явление, частица и т.д.

Подобный литературно-языковой процесс в Казахстане наблюдался с начала ХХ века до известных политических репрессий. Именно тогда была начата языковая реформа Ахмета Байтурсынова, казахский язык «оживился», появилась целая плеяда известных поэтов и писателей, новые литературные жанры: театральные пьесы, повести, романы, памфлеты и т.д. В казахском языке до сих пор пользуются лингвистическими терминами, введенными Байтурсыновым.

Что ныне мешает появлению научно-фантастического, детективного и других жанров, новых заметных имен в казахской литературе? Что мешает возрождению языка Абая и Ауэзова, в котором в мизерном количестве употреблялись русские слова?

Наиболее распространенный вид языковых реформ – эволюционный путь, когда государство создает благоприятные условия на протяжении длительного времени для совершенствования языка, и язык как бы сам по себе без заметных реформ достигает достойного уровня развития. В этом случае развитая лингвистика и литература позволяли и позволяют вовремя реагировать на изменения в общественной жизни, на глобальные процессы, на научно-технический процесс, компьютеризацию и соответственно модернизировать язык, вводить необходимые изменения в лексике, стилистике и т.д.

Следующий способ – политический или волевой («всем миром») – это, прежде всего, турецкий опыт. Многие десятилетия в Турции существовали два языка: являющийся по своей сути народным турецкий разговорный и османский – язык придворных кругов, совершенно непонятный для простых людей. И вопрос о замене арабской вязи доступным всем латинским алфавитом выходил за рамки только языковедческой проблемы, поскольку это был вопрос будущего нации.

Реформа коснулась не только графики: многочисленные арабские и персидские слова были заменены лексемами из тюркских языков. Когда не могли найти замену, Ататюрк стал не только сам выдумывать новые слова, но и требовал подобных нововведений от каждого приходившего к нему посетителя.

В итоге турецкий язык из лексически бедного, перегруженного арабскими словами, стал легким, богатым и общенациональным, что впоследствии способствовало появлению турецкому писателю – лауреату Нобелевской премии. Ныне в турецком много заимствований из европейских языков, но они «обработаны» и органически вошли в лексический состав.

Что такое масштабная реформа языка?

Для казахского лучшим вариантом было бы совмещение всех путей реформирования языка. Однако, учитывая слабость лингвистики и литературы в Казахстане, подходящим ориентиром мог бы быть турецкий опыт реформирования графической и лексической основы – «всем миром», а само реформирование языка – замену русских слов тюркскими, европейскими и другими аналогами и т.д. – объявить национальным долгом и идеей.

У нас, к сожалению, сократилось количество филологических факультетов, в частности, был закрыт филфак (русское отделение) в Казахском национальном университете им. аль-Фараби, который можно было перепрофилировать для подготовки лингвистов: лингвистика должна развиваться не только на казахском языке, но и на русском, английском и т.д.

Для реформы казахского языка необходимо открытие Института казахского языка, терминов или социальной лингвистки, который собрал бы лучших лингвистов страны.

В последнее время почти ничего не слышно о том, как осуществляется перевод казахской письменности на латиницу. На самом деле такое затишье идет на пользу, чтобы осмыслить все риски перехода на латиницу и не повторять неудачный узбекский вариант.

И таки были проколы с тремя неграмотными вариантами, которые показали некомпетентность властей и лингвистов. В итоге есть Указ первого президента Нурсултана Назарбаева о переходе на латинскую графику с акутом, а последний грамотный вариант (без акута) пока не утвержден.

Что такое масштабная реформа языка?

Это замена русских слов (троллейбус, ванна, коньки, плинтус, куртка и т.д.) на казахские варианты. В свое время ввели небольшое количество новых слов (ұшақ, сынып, пайыз, әуежай, мұрағат, мұражай и др.), и многие отреагировали, мол, язык стал непонятным. Хотя это было только начало – огромное количество т.н. заимствований из русского языка (а на деле – русских слов) необходимо менять лексически, фонетически, грамматически и т.д.

В свое время турецкий тоже на время стал «непонятным» из-за замены арабских и персидских слов тюркскими, в итоге появился турецкий лауреат Нобелевской премии по литературе.

Поэтому надо изучать не только европейские аналоги, но и древнетюркские, староказахские. У нас же даже не могут переиздать Древнетюркский словарь (Л. 1969)! Никто не поднимает вопрос о его издании! Ведь основа казахского языка – древнетюркские языки. Например, при изучении русского языка изучают старославянский, древнерусский – это необходимо для развития языка. В свое время я предлагал изучать древнетюркскую и арабскую письменность в казахских школах.

 Это освобождение казахского языка от неприсущих ему букв (ь, ъ, ё, щ, э и др.) русского алфавита, которые разрушают фонетическую природу языка, ведут к обеднению лексики и эрозии языка. Можно было их не использовать в новых словарях, но этого не произошло: мол, сложилась привычка так писать (например, туфли) – будут смеяться, если будем писать: төпли, белесепед, подиез, енергетік, естетік,інстетөт и т.д.

Но без «смешных» нововведений не бывает реформ – и русский язык прошел через мокроступы (калоши), (шаротык) бильярд и т.д. И у нас есть: «қылтима» (балкон), шаптырма (фонтан), сарықисық (банан)…

И для решения этой задачи предложили переход на латиницу с сокращением количества букв. К тому же русское звучание многих букв нынешнего алфавита негативно влияет при изучении казахского языка – появляется «русский» акцент, если ребенок хорошо владеет русским языком. Впрочем, при переходе на латиницу наверняка появится «английское» произношение казахских слов.

Однако переход на латиницу – один из путей реформы языка, а не сама масштабная реформа.

Но самое печальное: на государственном уровне не озвучивается большая проблема – за 30 лет не было финансирования на национальную терминологию. Как сказал бывший директор Института языкознания Ерден Кажыбек, из 1 млн терминов утверждены лишь 3-4%! Остальные – из русского языка (русские слова).

Поэтому многие предметы научного направления в вузах преподают на русском (иногда на английском) языке, законы, юридические, банковские и др. документы, диагнозы, медицинские заключения, назначения – в основном на русском языке.

Почти все пользуются компьютером, где программное обеспечение на русском и английском. Выпускникам казахских школ трудно учиться на программиста – надо хорошо знать русский и английский. И это не чья-то прихоть – языком программирования может быть кодифицированный, нормированный, стандартизованный язык с развитой терминологией. У нас же многие пишут с ошибками, даже «простые» слова не имеют стандарта: рахмет, рақмет, рақымет.

Отрадно, что хоть на переход на латиницу выделяются деньги, в свое время выделяли деньги на ее пропаганду. И было смешно, как отдельные деятели представляли неграмотный вариант латиницы как национальную графику и языковую деколонизацию.

Пусть общество примется за языковую реформу

Как сказал Гумбольдт, «язык есть живая деятельность человеческого духа». Надо возрождать дух казахского народа, развивать художественную, научную литературу! Пусть общество предложит варианты развития языка, ту самую концепцию масштабной реформы языка, которую не смогли предложить наши лингвисты и власти, пусть народ подключится к словотворчеству – откройте ресурс для новых слов.

Между тем «словесную» реформу надо начать до смены графики.

Латиница сама по себе не улучшит положение языка, не создаст литературу, не повысит уровень образования, не развивает язык. Хотя письменность призвана развивать язык, а не препятствовать его развитию. Сторонники латиницы сформулировали понятные народу простые месседжи: латиница – это приобщение к мировым технологиям, станем составной частью всей англоязычной части мира, латиница ассоциируется как с этнизацией, защитой национальной идентичности и самобытности казахского языка. Будто латиница – национальная графика и на ней – культурное наследие!

Однако такие аргументы не имеют отношения к развитию языка. Получается, не развивая науку, литературу, образование, книгоиздание, можно с помощью одной латиницы развить язык, приобщиться к новым технологиям, поднять науку, экономику!

Характерно, что даже после заявления президента о том, что надо учитывать и финансовую сторону вопроса, никто не осветил эту проблему.

Если правительство найдет на латинизацию 25-30 млрд долларов, то можно поддержать в будущем грамотную смену графики и языковую реформу: для финансирования Терминкома, открытия сети книжных магазинов, развития книгоиздательства, восстановления гонорарной системы для писателей, поэтов, ученых, для открытия научных, в том числе лингвистических институтов, центров перевода с мировых языков, перевода большей части письменности с кириллицы на латиницу, финансирования науки, восстановления Академии наук в прежнем статусе и т.д.

P.S. Если говорить о национальной графике, то это «Төте жазу» Байтурсынова и древнетюркский алфавит. Тюркологи говорят, что древнетюркский алфавит органически соответствует казахскому языку и исторической идентичности. И не будет негативного влияния, как получилось с кириллицей. Смогли же в Израиле восстановить древнюю графику и язык.

О переиздании книг на латинице – некоторые горячие головы говорят, что в век интернета можно не выпускать бумажные книги. Они не знают, что в один миг можно остаться без связи, информации, если отключить интернет, социальные сети, платформу и т.д., как это случилось с президентом США Трампом, которому в одно мгновение отключили связь с обществом.

                                                      Дастан ЕЛЬДЕСОВ

 

Комментарии
Выбор редакции
Серіктестер/Партнеры
Студия IMA - создание сайтов Доставка цветов Астана - Lova Buket