РК: литературу – на свалку истории?

8274
Adyrna.kz Telegram

18 июля писатель Бигельды Габдуллин написал пост в социальной сети Facebook пост под названием «Парадоксы нашей литературы» о том, что сегодня казахских писателей власть не принуждает сочинять по своему усмотрению, нет принуждения советского времени: «Ну, вот, прошло более 30 лет, как художниками никто не командует, их не сажают в тюрьму за крамольный литературный труд. И несмотря на отсутствие какой-либо цензуры, у нас не рождаются новые Ауэзовы. Вот какой парадокс нашей литературной жизни меня интересует. Я не могу ответить на сей вопрос».

                          Голодный человек творчески более успешен?!

Однако никаких парадоксов нет. Если в СССР политическим идеям были подчинены остальные составляющие идеологии (эстетические, философские, нравственно-религиозные и т.д.), то в суверенном Казахстане, не мудрствуя лукаво, оставили большинство из них без материальной поддержки.

Разумные книги, журналы и газеты учат мыслить. Это душа и тело любого вида печатной продукции. За это ее любят одни и ненавидят другие. Возможно, власти были не заинтересованы в мыслящих, самодостаточных гражданах, что негативно влияет как на подрастающее поколение, так и на приток свежих и здоровых сил во все сферы жизни страны.

При этом этот процесс сопровождался противостоянием между президентом Нурсултаном Назарбаевым и писателями: своеобразному прессингу с его стороны были подвергнуты Олжас Сулейменов, Мурат Ауэзов, Мухтар Шаханов и др. Было какое-то ревнивое отношение первого президента к «властителям дум», и в итоге в стране состоялся единственный плодовитый писатель – Нурсултан Назарбаев.

И Академию наук в 2003 году лишили государственного статуса. Надо понимать, что писатель и ученый обычно «дублируют» друг друга: ученый тоже пишет книги, а писатель нередко занимается исследованиями, например казахские писатели историческими романами приоткрыли историю Степи, а Олжас Сулейменов книгами «Аз и я», «Язык письма», «Тюрки в доистории» внес заметный вклад в современную тюркологию.

Писатель, поэт, ученый, драматург, исследователь, критик опустились на самую низшую ступень творческой иерархии и заняли незавидное место в общественной жизни.

Результаты такого отношения не заставили себя долго ждать.

Например, за короткое время у нас появились множество нетрадиционных религиозных организаций и сект, в том числе экстремистских и антиконституционных, которые заполнили пустующую нишу, в том числе в книжных магазинах. Создались благоприятные условия для появления духовной «химеры», в которую окунулась молодежь, не знающая своих традиций, культуры, языка.

Это был «легкий» путь в духовной сфере – многие мечети, церкви, храмы строили не на наши деньги, а зарубежных стран, а через так называемую «дипломатию мечетей» можно ощутимо воздействовать на религиозную сферу, что и происходило и происходит в нашей стране.

«Заработная плата в сфере искусства на низком уровне. Считаю, что голодный человек творчески более успешен. Например, Бетховен, Моцарт всю жизнь были в нищете, но творили такие шедевры. Несмотря на маленькое финансирование, наши таланты поднимаются на международный уровень», – вот подход государства устами бывшего министра культуры и спорта РК Арыстанбека Мухамедиулы об оплате труда сотрудников культуры.

Но есть сферы творческой деятельности, где нет даже заработной платы, нет гонорарного фонда писателей. Из творческих профессий труд пишущей братии наиболее низко оплачиваемый и даже неоплачиваемый, поэтому непродуктивный и неперспективный. Нет закрепленной законодательством системы оплаты такого труда, и как таковая не попадает ни в какие государственные документы и статистику.

То есть этот труд как бы не существует в природе. Раз нет труда, нет и подготовки соответствующих кадров. Даже для того, чтобы голодный человек был творчески более успешен, необходимы соответствующие условия и среда – их нет.

                          Книги делаются из книг (Вольтер)

Джек Лондон в свое время советовал молодым авторам заниматься художественной прозой как лучше оплачиваемым видом творчества, чем научные статьи, очерки и т.д. Поразительно, что во времена Джека Лондона было множество толстых журналов, из которых вышли немало известных писателей и поэтов.

То ли дело у нас: раз-два и обчелся. Да и платят за публикации чисто символически или вообще не платят, как в научных изданиях. Вы будете смеяться, но поэтическая строка оценивалась в 20 тенге. Это сколько надо извести «словесной руды», чтобы заработать, к примеру, 15 тысячи тенге! За рассказ заплатят 6-10 тысячи тенге. Так же оцениваются публицистические, научно-популярные статьи. Такие гонорары не менялись за последние 15 лет.

В наши дни толстые журналы – «Жулдыз», «Простор», «Жалын», «Мысль» и др. – имеют мизерный тираж и играют в литературном процессе незначительную роль по сравнению с советским периодом. Да и художественная литература в Казахстане утратила былую значимость и распространенность.

Даже в советское время литературы на казахском языке, в том числе и переводной, было больше, чем сейчас, хотя ныне заметное увеличение казахских школ. Для сравнения: в 2010 году на 1 жителя России было издано 4,61, в Беларуси – 4,55, в Казахстане – 0,94, в Украине – 0,986, в Кыргызстане – 0,161 книги.

Тиражи современных книг маленькие – около 1000 экземпляров, художественная литература не востребована, все связи издательства и авторов носят случайный характер, как и распространение книг. В целом, издание книги в Казахстане – дорогое удовольствие, поэтому ее пишут либо люди обеспеченные, либо с помощью спонсоров, ибо госзаказ незначителен, или на свои средства.

Например, выпуск книги «Четыре облака» Зиры Наурзбаевой профинансировал фонд Ержана Татишева. Бедному писателю самому писать книгу и издавать – это практически бесперспективное занятие. К тому у нас нет литературных агентов, которые искали бы литературные таланты по их продвижению.

Или пример Торегали Казиева, исследователя-писателя из Актобе, автора книг «Акбулак – прародина скифских царей», «Периферия», «Сердце Мира», «Айналайын, Акбулак», «Триумф Казахии», «Казах держал на плечах Небо», «Во главе Великой Сарматии», «Сапара Матенкызы – казахская Жанна д Арк» и др. Почти все книги издал на свои средства, но тиражи – мизерные, хотя темы, поднимаемые в книгах, масштабные и неизученные – о праязыке, Золотом веке человечества, сарматах Илека и т.д.

Нет литературного процесса, начиная с государственной подготовки «инженеров человеческих душ» и кончая толстыми журналами, литературной критикой и оплатой труда. Разрушена сеть книготорговли, издание книг потеряло системный характер. Конечно, у нас сейчас любой человек может заплатить деньги и издать свою книгу, а это наносит значительный ущерб качеству книжной продукции – это свидетельствует об отсутствии или слабости издательской работы, профессиональных редакторов, корректоров, иллюстраторов и т.д.

Трудно представить книжный мир Казахстана без российских книг. Он всецело зависит от России, и перспективы информационного суверенитета нет. Российские издания в казахстанских магазинах, за исключением специализированных магазинов местных издательств, составляют около 90%, в некоторых магазинах представлены только российские книги.

Язык не есть какое-то абстрактное явление – он напрямую зависит от его носителей. Как сказал Гумбольдт, «язык есть живая деятельность человеческого духа». Проводимая ныне политика препятствует развитию казахского языка и литературы. Поэты и писатели остались «безъязыкими», и прививаемое без них казахское косноязычие становится нормой, которая «эрозией» разъедает язык.

Риторически звучит вопрос одной читательницы: всех призывают учить казахский, но зачем, если на нем нет или совсем мало книг, например по популярной психологии? Такая же картина и в других сферах. Не надо изобретать велосипед, но надо хотя бы обеспечить доступ к лучшим мировым достижениям мысли на казахском языке, а этого нет.

Мало создать новые слова – они должны «заиграть» в различных текстах, для чего и нужны новые газеты, журналы, книги. Должны появиться новые Жумабаевы, Аймаутовы, Байтурсынова, Ауэзовы, Маргуланы, для чего необходимо возрождать литературу, науку. К сожалению, у нас нет ученого уровня Ахмета Байтурсынова, который смог бы возглавить языковую реформу на научной основе. Поэтому нужно создавать условия для участия в реформе писателей, поэтов, ученых, различных специалистов, знатоков казахского, тюркских, европейских и др. языков.

Необходимо донести до власти и общества простую истину: язык развивается посредством литературы – художественной, научной, публицистической, научно-популярной, документальной и др.

                            Литературу – на свалку истории?

Известное выражение «в России поэт больше чем поэт» справедливо и по отношению Степи, где поэты-жырау в прошлом существенно влияли на государственную идеологию и на правителей. Несмотря на цензуру, в советское время была господготовка творческих кадров, госпрограмма поддержки культуры, писатели определяли общественное мнение. Многие наши корифеи учились в Литературном  институте в Москве, МГУ и т.д. Наши писатели, поэты, критики были вовлечены в общесоюзный литературный процесс, и многие становились известными благодаря переводам и публикациям своих произведений в России.

Как в любой творческой профессии, из тысячи писателей появляются Мухтар Ауэзов, Алькей Маргулан и Мукагали Макатаев. Сейчас же у нас количество «действующих» писателей сократилось до минимума, ибо нет литературного процесса, начиная с государственной подготовки «инженеров человеческих душ» и кончая  толстыми журналами, литературной критикой и оплатой труда. Нет главного звена – Литературного института. Ведь для занятия художественным переводом, драматургией или писательством, естественно, надо иметь фундаментальное профессиональное образование. У нас же молодые авторы набираются профессионального опыта дедовским способом: учатся у своих именитых старших коллег в частном порядке и занимаются самообразованием.

Проводимые в последнее время литературные конкурсы, конечно, нужны, но они все же не решают основных проблем писателей и исследователей, их необходимо на системном государственном уровне. И для начала – восстановить гонорарный фонд писателей.

Так в чем причина плачевного состояния литературы в целом, художественной в частности? Ведь даже в советское время, несмотря на идеологический диктат, не отрицалась необходимость художественной литературы. Сейчас, конечно, не утверждают отправить на свалку истории литературу как ненужную в век высоких технологий.

Однако своего равнодушия к ней власти даже не скрывают. Вы когда-нибудь слышали обсуждение в парламенте, к примеру, такой злободневной проблемы, как дефицит и неразвитость детской казахской литературы, отсутствие переводной детской, да и «взрослой» мировой литературы на казахском языке?

              Страна, где наступают «на горло собственной песне»

По этой причине уже с младенческих лет ребенок чувствует недостаток информации на казахском языке, ибо мало интересных детских книжек, песен, спектаклей, телевизионных передач и фильмов. Из-за слабой полиграфической базы издатели не способны удовлетворить возросшие запросы книг на казахском языке.

Если в советское время издательство «Жазушы» выпускало книги не только местных авторов, но и союзных республик и зарубежья, то для нынешних казахстанских издательств – это недосягаемый уровень. Неудивительно, что сейчас эту нишу стали занимать российские издательства, которые выпускают книги на казахском языке и продают их у нас.

Создается впечатление, что государством наложено своеобразное табу на обсуждение проблем литературы. Если в стенах парламента и правительства хоть изредка да звучат речи о материальной поддержке, например, консерватории, оперного театра или блокбастера, то о литературе не говорят даже при обсуждении проблем государственного языка. А ведь это палка о двух концах.

Без возрождения литературы (и науки) развитие казахского языка сомнительно: язык развивается посредством литературы, науки. Недаром М.Ломоносов проводил реформу русского языка вместе с модернизацией литературных жанров.

Самое удивительное, дорогие типографские услуги у нас остались такие же, какие были до Таможенного и Евразийского союза. И где же хвалебная выгода от Евразийского союза? Российская бумага не подешевела? Или наши типографии неплохо зарабатывают на подешевевшей бумаге, заодно экономически «давя» газеты, журналы, книги, не снижая цены на свои услуги? Ведь даже в соседнем Бишкеке типографские услуги дешевле, не говоря о России, Китае и т.д., где выгодней печатать наши книги.

В странах, где наступают «на горло собственной песне», по большому счету нет будущего. И это происходит в то время, когда весь мир входит в период не только глобальных перемен политического, экономического, социального характера, но и информационного, духовного, интеллектуального.

 Принятие в Казахстане закона о книгоиздательстве неоправданно затянулось. Необходима поддержка издательств через механизм льготного налогообложения. Остро стоит и проблема с кадрами в полиграфии, особенно при издании литературы на казахском языке, ибо отсутствует их подготовка.

Давно назрела разработка и принятие долгосрочной государственной программы поддержки книжной отрасли, включая как экономические рычаги поддержки издательского дела, так и пропагандистские по популяризации чтения. Начиная с введения актуальных мер привлечения в книжные магазины (дисконтные карты, презентации, акции и т.п.) и заканчивая мерами информационной поддержки – рубрики на ТВ, радио и т.п. Необходимо также осуществлять постоянные маркетинговые исследования этой сферы, уделить внимание подготовке кадров – ведь сегодня издательское дело не самая востребованная специальность у студентов.

У нас до сих пор нет государственной политики в книготорговле и книгоиздательстве. Нет централизованного органа вроде Госкомиздат СССР, который занимался бы распространением книг по всему Казахстану, а также предлагал бы книги странам СНГ. По ввозимой российской книжной, журнальной и газетной продукции нет никакого контроля, как будто Казахстан – территория Российской Федерации.

                                                                           Дастан ЕЛЬДЕСОВ

 

 

 

Комментарии